Сайт имеет возрастное ограничение 18+. Если вы не достигли совершеннолетия, то немедленно покиньте сайт

Проект. Часть 3

Нина Петровна выполнила указанное. Ее ягодицы немного разошлись, но все же, для проведения процедуры Михаилу пришлось их раздвинуть. У тренерши была весьма красивая рельефная промежность, на которой отчетливо выделялось морщинистое отверстие ануса. Михаил, поддерживая одной рукой оказавшуюся сверху правую ягодицу тренерши, другой рукой смазал анальное отверстие, немного углубив в него палец.
Колечко сфинктера рефлекторно сжалось и расслабилось, одновременно, то же самое произошло с половыми губами: на мгновение они сомкнулись, полностью скрыв вход во влагалище, а затем широко разошлись. Удовлетворившись результатом, Михаил отпустил ягодицу девушки, взял наконечник, смазал его и стал осторожно проталкивать туда, где только что побывал его палец. Сфинктер Нины Петровны снова сжался и расслабился, а наконечник рывком проскользнул в ее смазанную кишку. Михаил помнил, что наконечник следует сначала вести в направлении пупка, а потом повернуть; кинув взгляд на тренершу, он прикинул, где у нее должен быть пупок и протолкнул наконечник до конца. Краник еще не разработался, и первое же движение открыло его до конца.
Шарик в индикаторе бешено завертелся, а промежность Нины Петровны сократилась вся, что свидетельствовало о немалой скорости поступления раствора. Михаил поспешно уменьшил поток и отошел от кушетки. Вид молодой девушки, лежавшей на боку со шлангом, тянущимся из попы, необычайно возбудил его. С трудом опомнившись, Михаил снова обратился ко всем:
- Во время постановки клизмы надо глубоко дышать ртом, так вы примите больше воды, а ноги притягивайте к животу.
При этих словах тренерша стала шумно дышать, а бедра она притянула настолько, что колени коснулись грудей. По прикидкам Михаила Нина Петровна могла выдержать и два литра, но он залил в кружку меньше, чтобы не пугать тренершу и девочек. Минуты через полторы вода в кружке опустилась до самого дна; клизма была поставлена. Михаил перекрыл краник и осторожно извлек наконечник. Нина Петровна медленно встала с кушетки.
- Теперь нужно подождать пять минут, - снова заговорил он, - те, кто удерживает клизму, будут сидеть на стульях.
Накануне было решено, что перед этой "процедурой" девушка очистит себе кишечник, и поэтому легко удержит воду, что успокоит наиболее трусливых "пациенток". Михаил взял в коробке песочные часы, которых там лежало несколько, перевернул их и поставил на стол. Нина Петровна села на один из стульев, стоявших за кушеткой. Когда она шла мимо, Михаил мельком поглядел на нее, и ему показалось, что живот молодой девушки немного увеличился. Положив наконечник в коробку для использованных принадлежностей, он взял новый, поменьше и стал его смазывать. Снарядив прибор для новой клизмы, и влив в него литр раствора, Михаил скользнул взглядом по тренерше, неподвижно сидящей на стуле, и обратил его на столик. Здесь лежал список, по которому надлежало вызывать девочек. Группу он видел впервые, и гадая, кем окажутся эти выстроившиеся в ряд фамилии, Михаил отчетливо выкликнул:
- Антонова!
Со скамьи поднялась высокая худая девочка в ярко-оранжевом раздельном купальнике. Ее светлые волосы были собраны в две косички, а крошечные сисечки едва-едва оттопыривали лифчик. Звали ее Света. Накануне кто-то говорил, что спортсменки - народ дисциплинированный, но было видно, что девочка все-таки боялась. Михаил сам попытался разрядить напряжение:
- Снимай трусики и ложись на кушетку, - сказал он, показав на кушетку.
Света нерешительно стянула трусики, положила их на скамью, и на ходу поправляя волосы, подошла к кушетке, прикрываясь руками.
- Ложись на левый бок, как сейчас лежала Нина Петровна.
Девочка легла и поджала ноги. Ее ягодицы были настолько худыми, что их не потребовалось раздвигать. Промежность Светы была очень слабо пигментирована, и анус на ее фоне казался почти черным. Михаил выдавил немного вазелина на палец и стал круговыми движениями смазывать вокруг ануса, постепенно приближаясь к нему; теплая глубина девичьего тела манила его, но он не спешил, чтобы девочка не испугалась. Когда смазки было нанесено достаточно много, он мягко вдавил палец, и почувствовал, как погружается в упругую скользкую кишку.
Введя палец на глубину сустава, Михаил не дошел до кала и решил, что Света, должно быть, покакала совсем недавно; за это он был ей весьма благодарен. Вытащив палец, Михаил взял наконечник, смазал его и вставил в блестящий от вазелина анус. Девочка при этом слегка вздрогнула, а ее половые губки сжались и вновь разошлись. Когда Михаил открыл краник, шарик индикатора завертелся, а Света ойкнула. Убедившись, что клизма ставится, Михаил окинул взглядом свою "пациентку". Света порывалась поглядеть на него и его столик, но признаков паники заметно не было. Притворившись, что ищет что-то на столике, Михаил глянул на остальных. Девочки притихли и настороженно смотрели на свою подругу.
С краю сидела светловолосая девочка с хорошо развитой грудью, в черном купальнике с корабликом на животе; будет очень приятно оголить ее. Рядом еще одна с толстой косой старалась выглянуть из-за спин подруг; у нее на трусиках было что-то нарисовано, но разглядеть это Михаил не смог. Следующая была коротко стриженая, с огненно-рыжими волосами. Она настороженно смотрела на происходящее в зале.
Тем временем, кружка, налитая до половины, опустела, и в шланг с урчанием стал всасываться воздух. Михаил поспешно закрыл краник и вытащил наконечник. Девочка встала и села на один из стульев, рядом с тренершей. У той песок в часах почти кончился, но Михаил все-таки успел поставить часы для Светы. Взяв часы тренерши, он положил их в коробку.
- Можете идти в туалет. - сказал он Нине Петровне.
Та поднялась и скрылась за дверью туалета; через минуту все могли слышать звук мощной струи, бьющей в дно унитаза. Вымыв кружку, Михаил вновь наполнил ее, сменил наконечник и посмотрел в список.
- Белоусова!
На это поднялась миниатюрная смуглая девчушка в зеленом. Звали ее Сашей. Она нерешительно вышла из-за скамеек и встала перед кушеткой.
Снимай купальник и ложись сюда, - сказал ей Михаил.
Саша дрожащими руками оголилась до пояса, огляделась вокруг, потом опустила купальник до колен, вылезла из него, положила на край скамьи и легла на живот. Ее тело еще не могло пробудить у Михаила значительных эротических чувств, груди только начали свое превращение из маленьких бугорков в соблазнительные холмики, но попка была весьма заманчива. Повернув девочку на бок и раздвинув ей ягодицы, Михаил осмотрел ее промежность, но не найдя особенно привлекательной, перешел к процедуре. Скорее всего, Саше почти никогда не приходилось принимать в задний проход какой-либо предмет; она вздрогнула, когда он стал смазывать ее, а при входе в попку наконечника содрогнулась всем телом. Когда краник открыл дорогу раствору, девочка едва не подпрыгнула на кушетке.
Решив не поднимать панику, Михаил так уменьшил поток, что шарик в индикаторе лениво обегал круг за кругом. Несмотря на это, Саша вертелась, насколько позволял шланг в попке; она то притягивала бедра вплотную к животу, то отводила их, порываясь посмотреть на кружку, но клизму выдержала. Мимоходом Михаил оглядел остальных. Ему показалось, что девочки перешептываются между собой, а Света, сидящая напротив них, пытается делать им какие-то знаки, стыдливо прикрывая свободной рукой низ живота. Скользнув взглядом по столику, Михаил вдруг увидел, что песок в часах кончился, и Свете пора в туалет. Он прикрыл краник, взял часы, положил их в коробку и сказал:
- Антонова, можешь идти в туалет.
Остальные девочки негромко зашумели, Света поднялась со стула, и прикрывая низ живота неспешно пошла в туалет. Оттуда только что вышла тренерша, которая села на другую скамью. Вспомнив про Сашу, Михаил закрыл краник и вытащил наконечник. Девочка, не дожидаясь напоминания, поднялась, и держась за живот села на свободный стул. Михаил поставил часы для нее.
Готовя прибор для следующей клизмы, он увидел, что Саша все время вертится на стуле, пытаясь удержать в животе почти литр раствора. Хотя она еще не созрела, зрелище было потрясающее: голая девочка ерзает на стуле, сгибаясь и держась за низ живота. Наполнив и повесив кружку, Михаил встал около кушетки с наконечником в руке и заглянул в список.
- Бирюкова, - выкликнул он, - ты следующая!
Очередную "пациентку" звали Лера. Она сидела где-то в глубине, и Михаил только сейчас обратил на нее внимание. Несмотря на свой юный возраст (всем девочкам было около 14 лет) , эта могла сойти за взрослую девушку, и вдобавок ко всему была настоящей красавицей. На ней был черный раздельный купальник, который почти не скрывал ее тело; груди, символически прикрытые треугольниками ткани, так и хотелось пощупать. Лера, тем временем, не дожидаясь напоминания, сняла трусики и легла на кушетку, сразу повернувшись на левый бок и подогнув ноги.
Михаил, стараясь сдержать дрожь в руках, взял вазелин и раздвинул ей ягодицы. У Леры, в отличие от большинства девочек, была красивая рельефная промежность с выступающими половыми губками, которую Михаил готов был разглядывать сколько угодно. Не спеша, чтобы продлить наслаждение, он стал смазывать анус Леры. Судя по ее реакции, ей тоже не приходилось принимать в попку ничего крупного: углубившись в тесноту прямой кишки, Михаил почувствовал, что девочка ощутимо вздрогнула. Тщательно размазав вазелин, он взял наконечник и привычным движением ввел его.
- Миша! - раздалось откуда-то.
Внезапно Михаил обнаружил, что сидит перед своим компьютером, свесив голову на грудь. Оказалось, что он задремал, читая материалы, и к действительности его вернул голос Тамары Николаевны, которую заглазно называли "Старуха с косой". Встряхнув тяжелой головой, Михаил повернулся в сторону, откуда раздался голос.
- Миша, - повторила она, - бумага в принтере кончилась!
- Сейчас принесу! - ответил он.
Михаил поспешно закрыл документ, который читал, и пошел за бумагой. По дороге туда и обратно он разглядывал проходящих мимо молодых девушек; Михаил воображал, как они будут реагировать на клизму, сколько выдержат воды, раздуются ли у них от этого животы. Подобные мысли сильно возбудили его, и он был вынужден прикрыть пачкой бумаги, которую нес, бугор на брюках. Эти сладостные мечты были прерваны самым грубым образом: мимо него прошла Дарья Алексеевна, женщина сравнительно не старая, но похожая на персонаж какого-то голливудского фильма ужасов. Один ее вид мог отбить у любого нормального человека охоту к воспроизведению рода, но к счастью для Михаила, она работала не в проектной части.
Все же, после этого случая, Михаил уже не мог по-прежнему смотреть на девушек, каждую из них он видел лежащей с наконечником в попке или с раздувшимся от воды животом. Иногда он думал, не попробовать ли осуществить что-либо подобное в действительности, ему порой казалось, что в клизме есть что-то эротичное.
В организации, тем временем, закипела работа над проектом, однако это - другое повествование.