Сайт имеет возрастное ограничение 18+. Если вы не достигли совершеннолетия, то немедленно покиньте сайт

На балансе

Все действующие лица и факты вымышлены, а все совпадения имён и событий - случайны.

Елена Михайловна была главным бухгалтером, а я - просто программистом при бухгалтерии. Я работал в этой фирме уже больше года, и меня всё это достало. Ковыряться в их бестолоковой досовской бухгалтерии, еженедельно лечить базы, откатывать ошибочные операции, по три раза в месяц архивировать, а потом восстанавливать из архива, менять формы документов... И все это за двести баксов. Ничего не поделаешь, кризис...
Елена достала меня больше всех. Она была просто стервой - во всех смыслах. Своих бухгалтерш держала в страхе божьем, доходя до крика и мата, со мной - в рамках ледяной корректности, но требовала от меня мгновенной реакции. Рабочий день - с 9 до хрен знает скольких. А когда закрывают месяц или ешё того хлестче - квартал, так до часа или двух ночи. Правда, потом отвозят домой на конторском "мерсе" или Елена отстёгивает деньги на тачку. (Надо сказать, тютелька в тютельку - не переплачивает.)
И вот, очередной квартальный баланс. Июль. В москве жара. Тупо смотрю на экран и пытаюсь понять, где врет отчетная форма. Скоро одиннадцать вечера. Уже не знаю, в какой раз проверяю все формулы. Хочется все бросить и уйти. Пить пиво. Тем более, что новую работу уже нашел и на днях разговаривал с начальником. Контора меньше, оклад больше. Так что надо все тихо закончить и уйти.
- Ну что, нашли ошибку? - Елена с сигаретой в руке заглянула в мою комнатенку, где стоял сервер и был сложен разный компьютерный хлам. (Мне там едва хватало места, чтобы сидеть.)
Она женщина не маленькая. Рост сто семьдесят, размер 48-50, бюст соответствующий. Носит дорогие строгого фасона костюмы, сегодня - в тёмно-синем, под жакетом - белоснежная блузка, на воротничке - чёрная ленточка а-ля галстук. При её габаритах - фигура весьма аппетитная, ноги стройные, без излишней полноты, юбка заметно выше колена, талия там, где ей положено быть, плечи развернуты, и грудь вперёд. Очень привлекательный рот с полными яркими губами, взгляд темно-карих глаз, если не был строгим, то игривым и завлекающим.
- Если сегодня не найдете, завтра чтобы были здесь в восемь. Эту форму завтра надо обязательно сдать в налоговоую. Вы понимаете, как к этому надо отнестись.
- Ищем... - а что я ещё мог сказать?
А у самого мысли разбежались на все четыре стороны. Гори эта форма ясным огнём вместе со всей конторой. Ещё пару дней помучиться... И тогда - новое место, новые люди. А девочки там очень даже ничего. Молоденькие, общительные, не то, что здесь - старые калоши, бухгалтерши доперестроечные. Запускаю мою любимое слайд-шоу с дамами из интернета. Не порнуха, а так - модели-любительницы. Душевное равновесие постепенно восстанавливается. Весьма приятна мысль о бутылке холодного "Очаковского специального", когда всё это закончится.
В конторе кроме нас только охранник внизу, в своей конуре. Генеральный звонит каждые полчаса с какого-то бодуна и интересуется ходом работы над балансом. А там, у него, судя по звукам, - веселье с девочками. Визг был слышен очень явственно, пока он давал мне ценнейшие указания ещё раз все проверить. Начинаю думать, как бы мне половчее уронить сервер, чтобы бухгалтерия накрылась полностью и никаких следов не осталось. Размышления прервал дикий крик Елены:
- Нашла!!! - и пара слов чистейшим русским матом. - Мои девки в двух операциях напутали. Ввели не те счета. Завтра я им устрою праздник с плясками. Сказала же - пока не проверите все проводки - не уходите. Ну, тепреь всё. Сейчас только распечатаю.
Я изобразил любезную улыбку, заглянув в ее кабинет.
- Ну и отлично. Так я систему закрываю?
- Да, пожалуйста.
Елена закрылась у себя. "Сейчас будет докладывать генеральному." Все в конторе знали, что наш генеральный (кавказской национальности) потрахивал Елену время от времени - просто от избытка потеции, также как и свою секретаршу Оленьку.
Закрывая систему и гася сервер, я услышал возню в кабинете генерального - через стенку от моей коморки. Елена открыла кабинет, достала из сейфа штемпелёк с подписью нашего Артура Атарбековича и шлёпала им бланки баланса.
- Я сейчас. Закончу с бумагами... - и вдруг: - давайте выпьем, что-ли.
Кабинет генерального достаточно просторен, шесть на пять метров, угловое расположение, четыре больших окна (закрыты жалюзями), кожаная мягкая мебель - диван и два огромных кресла, цвет кожи - чёрный. Письменный стол два на полтора, стенка темного дерева с отделкой светлым орехом, бар с зеркалом и подсветкой, светильники в углах, растения (живые, не пластмассовые) в горшках на полу, даже маленький фонтанчикв вазе в форме раковины. Елена достала из бара литровую бутыль "Абсолюта", полную на две трети, потом спросила меня:
- А может, коньяк или виски?
- Да нет, спасибо, лучше водку.
- Сейчас посмотрю, что в холодильнике.
В холодильнике было всё. Елена ограничилась пачкой крабовых палочек, сырокопчёной колбасой, майонезом и белым хлебом. Стол сервировали на стеклянном журнальном столике у дивана. Я несколько удивился, когда Елена налила водку не в высокие хрустальные рюмки, а в фужеры - на три пальца каждому.
- Ну, будем здоровы, и - за баланс, скинули всё-таки.
Взяв фужер и держа его с оттопыренным мизинцем, Елена выпила водку залпом. Я немного смутился. Такая доза для первого раза показалась мне великоватой, но отступать нельзя, стыдно перед женщиной. Выпил в три глотка. Хорошая, однако, водка. Закусили крабовыми палочками с майонезом.
- Повторим. - и налила ещё по столько же.
Только поднесли ко рту - у неё зазвонил телефон. Пока она ходила, я выплеснул большую часть своей водки в горшок с каким-то экзотическим цветком с мелкими тёмно-зелеными листиками на густых побегах. Не хотелось сразу дуреть. Я не люблю ударные дозы.
Елена вернулась, уселась на диван.
- Ну всё. Отрапортовала. Артур доволен. Передаёт благодарность, будет премия, так что не зря вы тут сидели.
- О, спасибо. Это приятно слышать. И вам, Елена Михайловна, спасибо. С вами приятно работать, вы - хороший начальник...
- Вот ещё. Как это - начальник? Я что - мужик? Мне так всё это надоело, знали бы вы...
- Нет, нет, что вы. Я хотел сказать - вы очень хороший специалист и очень симпатичная женщина. Поверьте, вы очаровательны.
- Вот это - другое дело. Приятно слышать, вот так поздно ночью, после такого сумасшедшего дня хоть можно немного расслабиться. Хорошо... Даже в румянец броисло. А вы дальше говорите. Я буду слушать. Скажите ещё что-нибудь приятное. Да не будьте скромником. Расковывайтесь. Не стесняйтесь. Сегодня можно.
"Вот стерва!"
- Вы сегодня замечательно выглядите. Да вы всегда замечательно выглядите. Я на вас всегда любуюсь. А этот костюм замечательно вам идёт.
- Что за ерунда! Вы не на костюм вимание обращайте. Костюм идёт - так одна баба другой говорит, а сама думает при этом: "Лошадь ты, в какой костюм не влезь." Мужчина должен говорить такое, чтобы женщина зарумянилась и разомлела. - И Елена бухнула по третьей.
- Ну-ка, теперь скажите что-нибудь приятное.
- Дорогая Елена Михайловна! Вы - очаровательная женщина! Вы умница, прелесть, красавица и шалунья!
- Это как это шалунья? Что я, по-вашему, готова на глупости?
- Вы женщина с удивительно приятной внешностью, фигурой и глазами. На вас можно любоваться и трепетать от восторга!
- Что, только любоваться? А вот Артур Атарбекович говорит: "Елена, тебя нужно любить долго и сильно, чтобы всеми членами почувствовать твое жаркое тело." И много еще чего говорит... У нас традиция - каждый баланс обмываем. А вот сегодня - поди ж, занят. (В голосе - злая ирония.) Видно, там девочки помоложе, сучки этакие... Ну, давай еще, чтобы не застаивалась, и на фиг все дела. - Это для неё третья полная порция, а всего она уже больше стакана схватила. Я тоже проглотил свою порцию, чувствуя как по телу поднимается приятное тепло и возбуждение. Запах духов Елены плыл по кабинету.
- Сколько вам лет, Витя?
- Тридцать пять.
- Надо же, я думала меньше. Женаты?
- Разведён. Сыну уже пятнадцать. Поженились в институте. Развелись давно.
- А моей Иринке восемнадцать справили. Сейчас в Испании с другом. Хочет замуж, а я не разрешаю. Несерьёзный тип, и, по-моему, голубой. Вы с голубыми когда-нибудь общались?
- Да нет, не приходилось.
- А подруга у вас есть?
- Ну не совсем, чтобы есть, но встречаюсь иногда.
- Мужчина должен иметь женщину регулярно. Чем чаще, тем лучше. Это необходимо для здоровья. И мужщины, и женщины. Так говорит Артур. - "А лучше нескольких." - добавил я мысленно за Артура.
Рука Елены опять потянулась к бутылке. На этот раз она налила поменьше.
- Теперь ваш тост, Витя.
- Елена Михайловна! За вашу красоту, за прекрасное тело! - Я вскочил и опрокинул фужер стоя.
- Хоть на работе тебя оценят как женщину. Точно, перевелись мужики. Прямо хоть голой ходи - и то не заметят. И что же ты больше всего оценил в моём теле? - Елена уже перешла на "ты".
Взгляд её уже плывущий, щеки разрумянились, юбка задралась, но она не стремится её поправить. Последняя порция оказалась для меня спусковым крючком. Я уже готов броситься на неё. И вижу, что она тоже готова.
- Особенно замечательные ножки. От колена и выше.
- Да? Интересно. А вот так? - Елена подтыянула юбку ещё выше, так что стали видны концы её чулок цвета тёмного загара.
- А вы носите чулки?
- Да. В белье я консерваторка. Если можно так сказать. Не в смысле консерваторка - музыкантка. Ну, вы меня поняли. Ношу грации и полуграции, утягивающие пояса с чулками. Белое или телесное. Черное бельё мне не идет - полнит. А красное и синее Артур не терпит. Попробуй прсиди весь день в грации. Сдохнешь. А приходится терпеть. Для начальника.
- У вас замечательная фигура. Грудь, талия, изящные руки. - Тут я уже взял бутылку и налил в фужеры, себе поменьше. Елена без лишних слов опрокинула свой.
- Ну, напилась, как сука. Ладно. Всё равно, баланс сделали. А Артур - сволочь. Трахает сейчас девочек в сауне. Партнеры, переговоры, мать твою... Так, какя у меня грудь?
- Ну, я не могу сказать окончательно, но, то, что доступно, выглядит великолепно!
Елена расстегнула и сняла жакет, повела передо мной плечами, показывая достоинства своего пышного бюста.
- Нравится?
- Очень.
- Дальше показывать?
- Да.
- Наливай. Напьёмся и будем безобразничать.
Я налил, опять себе - чуть-чуть. Елена выпила и начала расстёгивать блузку. Я подсел было к ней на диван, но она меня остановила.
- Сиди где сидел. Ты смотреть будешь или лапать? Лапать пока нельзя. Я ещё не готова. Когда скажу, тогда можно будет.
Под блузкой оказался тугой широкий бюстгальтер белого цвета с полупрозрачными кружевными чашечками. Сквозь кружева просвечивали широкие тёмные круги вокруг сосков. Елена поворачивалась то одним боком, то другим, и мяла груди руками. Она заводилась всё больше.
- Хочешь всё? - она стащила бюстгальтер через голову. Отпущенные на свободу груди томно колыхались. Они были причтной формы, достаточно несколько отвисшие, но упругие. Соски торчали впрёд. Елена продолжала мять и ласкать свои груди, дёргала и крутила соски и уже постанывала с придыханием. Я опять подсел к ней и потянулся к её груди. Она проговорила в истоме:
- Подожди... Я хочу сама...
Она широко раскинула ноги, юбка задралась выше трусов. Тонкие кружевные трусики были надеты поверх широкого обтягивающего белого шёлкового пояса м резиками. Пальцами она отвела материю со своей промежности и стала бесстыдно ласкать себя. Я увидел, что она была полностью бритая. Глаза Елены были уже закрыты, она стонала и металась по дивану, лаская себя за грудь и теребя половые губы. Не раздумывая больше, я расстегнул брюки, достал уже готовый член, подошёл к дивану и вставил член сразу во влагалище. Вошёл легко и свободно.
- Да, да, я хочу так, хочу глубже.
Она схватила меня и притянула к себе. Ритм моих движений был редкий, но глубокий. Я по-немногу заводился. Она кричала:
- Ещё хочу, ещё хочу, хочу сильнее, так давай... Ой как хорошо, ой как сладко, ой мамочка, ой ещё хочу...
Мы так трахались некоторое время, потом она вскрикнула:
- Сзади хочу! - и быстро перевернулась, легла грудью на диван, спустив ноги и подставив мне свою пышную задницу. "В задницу хочет что-ли?" - подумал я, но вставил член во влагалище и начал качать, не торопясь.
- Ой, как хорошо... Ой, сильнее давай, ой хочу до конца... Ещё, ещё хочу, сильнее, так давай... - я видел, что она наслаждалась. Я тоже наслаждался её раздолбанной дыркой.
- По заднице хочу. Шлёпни меня, шлёпни по заднице...
Я ладонью несколько раз шлёпнул её по ягодицам. Она повизгивала от наслаждения и ещё больше выпячивала зад. Её заднее отверстие было широко и призывно открыто. Я сунул туда большой палец, положив ладонь на поясницу.
- Ой как хорошо, ой как хорошо ты делаешь, ой еще хочу...
Теперь я трахал её членом во влагалище, а большим пальцем - в задний проход. Она визжала от наслаждения. Влагалище текло.
- Сейчас я тебя ещё сильнее трахну. Сейчас ты меня почувствуешь до конца.
- Ой хорошо ты делаешь, ой я сейчас, ой я сейчас кончу, скорее, сунь туда глубже, хочу глубже.
Я вынул член и аккуратно, но настойчиво ввёл его в задницу, сразу стало тесно и очень приятно. Елена постанывала и покряхтывала, я брал её в медленном ритме, постепенно ускоряясь. Наслаждение было невероятным. Я брал женщину в задний проход первый раз.
- Хочу кончить, ой глубже давай, сильнее давай бери меня, трахай меня... - повторяла она.
Наконец, она задёргалась и глубоко задышала. Я туту же сильно несколько раз ввёл в неё член и стал кончать ей в задницу. Елена отвалилась от меня и раскинулась на диване.
- Уф... - сказали мы одновременно. - Хорошо...
- Принеси воды из холодильника, пить хочу, сил нет - почти шёпотом попросила обессиленная Елена. - Затрахал как сидорову козу.
- Тебе понравилось?
- А как ты думаешь? Я визжала как шлюха. У тебя здорово получилось.
Я налил в фужеры хододный "Святой источник", подал ей. Выпили залпом. У меня по лицу льёт пот, Елена лежит на боку, и из неё вытекает на диван. Она так и отсталась в юбке, задранной выше пояса, и трусах со сдвинутой перемычкой.
- Надо юбку снять, а то как домой пойду - вся мятая. Посмотри сходи, как наш охранник.
Пока она непослушными руками стаскивала с себя юбку, я спустился вниз. В нашей прихожей было всё спокойно. Охранник смотрел портативный чёрно-белый телевизор. Показывали какой-то боевик со стрельбой.
- Мы уже уходим. Сейчас спустимся.
- Хорошо. Я потом всё обойду. Ключи не забудьте сдать.
Елена тем временем нашла тряпку и вытирала образовавшуюся на диване лужицу. Она была в том же виде, что я оставил - в поясе и чулках. Трусы лежали на кресле.
- Ну что, нравлюсь?
- А Артур Атарбекович ревновать не будет?
- Конечно будет. Узнает - убьёт. Тебя естественно. Но мы никому не скажем. Смотри, смотри, я это люблю. Артур, сволочь, меня по кругу пускает - со своими уродами. Трёхходовая шлюха - вот кто я такая. Когда с мужем-то спала - уже не помню... Ты не смущаяся, я чистая, кишечник регулярно очищаю и задницу на всю глубину. С Артуром мы ещё вместе во внешторге работали, ещё при СССР, там он меня и трахнул. Я и с фирмачами спала, и с нашими хренами, и с неграми, и с японцами, и с французами... Он был начальником отдела - я старшим экономистом. Потом он в загранкомандировку уехал, и мне сделал командировку. С мужем у нас полный нейтралитет - он меня не трогает, и я его не достаю. Кофе, что-ли заварить?
Елена накинула на себя жакет, низ оставался голым.
- Тебе нравятся полные или худые?
- Такие как ты. Не худые.
- Я толстая. Смотри, какая задница. А я балдею от худеньких девочек. Пердставляешь, у меня есть любовница. Знаешь кто? Маринка! (Самая молодая из наших бухгалтерш и самая интересная. Я попробовал в начале своей работы в конторе к ней приблизиться, но был отшит ледяным презрением. Девочка без года тридцать, выглядит на двадцать, крашеная блондинка со стрижкой "под мальчика", высокая, стройная, всегда в брюках, стиль, как сейчас говорят, "унисекс".)
- Как же у вас получилось?
- Как-то на пьянке здесь, опять же после баланса мы с ней целоваться начали. Да так нам понравилось...Артур меня быстро трахнул и домой поехал, Маринка дождалась, и мы вместе поехали - ко мне. Мужа спать отослали, сами сидим на кухне, вино пьём и болтаем. Потом обниматься стали, я к ней в штаны залезла... Ну и дальше. Полизались, поласкались, кончили друг с дружкой. Она фригидная по жизни - с мужиками ни разу не кончала, а со мной потекла. Полный кайф. Встречаемся в месяц раз. Обожаю её пиписку - такая маленькая, аккуратная, ухоженная. Что я только с ней не делала, ты бы знал! Я от неё получаю столько, сколько не получаю ни от одного мужика. Когда она от моих ласк течёт, меня саму так разбирает, что стоит ей только пальчик сунуть, как я кончаю. Никто больше не знает. У неё мужиков нет - всех отшила. Говорит: "Ты мой мужик, никто больше мне не нужен." Артуру только не вздумай натрепать. Он ревнивый - ему что мужик, что баба. Другое дело он сам меня подкладывет - это, он говорит, не считается, это для пользы дела, работа, то-есть.
- А он Марину трахал?
- Было несколько раз, потом сказал мне: "К ней не подойду, даже если рядом никого не будет. Об неё член отморизить можно." Вот так. Олечку он только для отсоса держит. Один раз заставил её на моих глазах отсосать - чтобы я сильнее завелась. Потом отодрал меня по полной программе при ней. Ты-то никого из наших не трахал?
- Никого, не довелось как-то. (На самом деле был один случай после новогоднего вечера, но так, по пьяни и без последствий, кроме некоторой неловкости при взгляде на женщину, которую обошёл бы за километр.)
- А хорошо мы с тобой перепихнулись. Я люблю так, с налёта, чтобы всё внутри раздвинулось. Аж задница зудит!
Я снова захотел её. Она перехватила мой взгляд.
- Ну ты что? Ещё хочешь? Времени уже много, домой надо.
Я взял Елену за грудь, стал мять. Она не отстранялась, заводилась всё больше.
- Ну неугомонный, ой что ты делаешь, ой ты меня растормошил, так приятно, еще так, сильнее... Хочу, чтоб ты полизал меня.
Она устроилась в кресле, раскинув ноги на подлокотниках. Я начал с наружных губ, потом обработал толстые, далеко высунувшиеся внутренние губы, потом перешёл на клитор и, лаская его языком, засунул ей палец в задницу. Она металась и стонала.
- Хочу ещё, так, еще, только не останавливайся, сильнее, глубже, ой, хочу сильнее...
Елена бурно, с содроганиями, кончила.
- Ой, не могу, дай отдышаться. Затрахал. Попочка моя бедненькая, как же тебе достаётся... Писать хочу. Будь другом, сходи со мной. Я балдею, когда смотрят, как я писаю. Я Маринку приучила. Сначала она стеснялась, потом наоборот - сама кайфует. А Артур этого не выносит.
Она так и прошла в туалет через наш общий коридор в наброшенном жакете с голой задницей. Уселась на толчок, широко расставила ноги и, блаженно улыбаясь, пописала.
- Полный кайф. Давно такого не было. Как будто и водку не пили. Сейчас еще по глоточку, и - по домам. Хочу чтобы ты мне в ротик спустил. Я уже три раза кончила, пока ты меня ласкал, а ты ещё полный. Ну-ка, выходи, мой мальчик, дай на тебя посмотреть, какой ты красивый, мокрый, толстый. Сейчас мы тебя приласкаем, полижем.
Она опустилась передо мной на колени и стала делать умопомрачительный минет. Заботясь о том, чтобы я не изошёл раньше времени. Работала языком, губами, нёбом. Невероятное наслаждение. Особенно, когда я спускал ей глубоко в рот, а она сглатывала.
- Какой он умничка, сколько мне витаминов выдал!
- Какая ты мастерица! Такого я ещё никогда не испытывал. С тобой вообще всё в первый раз. Ты просто чудо, а не женщина. А скажи, когда ты начала у мужчин в рот брать?
- Как все, в школе. Подружки рассказали, что если парень схватит, лучше его ротиком уделать. Тренировалась на бутылках. Так долго об этом думала, что захотела попробовать... В общем, у одного взрослого мужика, папиного знакомого. Просто подловила его в подъезде и показала вот так - она совершенно развратно облизала языком свои полные аппетитные губы, - он кончил быстро, а мне понравилось. Я после этого на нём технику отрабатывала.
- А он трахнуть тебя не пробовал?
- Нет, я сразу сказала - тут же в милицию заявлю. Я была девушка крупная, сильная, меня во дворе мальчишки боялись. А у того мужика член был так себе. Меня никогда и не заводил. Вот твой член хорош. Если б не время - ещё бы разок можно было улечься. А в институте я уже сосалкой со стажем была. Любила это дело просто из спортивного интереса. У нас с подругой было соревнование - кто кого пересосёт. Берём у двух парней, у кого раньше кончит - та проиграла. На деньги спорили. А с девочкой я тоже в институте первый раз переспала. Но очень боялись, что узнают, и больше не пробовали.
- Поехали ко мне...
- Ты что! Завтра баланс сдавать.
- Поехали, подумаешь баланс.
- А ладно, хрен с ним. Завтра тёткам скажу - отвезут. Поехали. Только надо убраться.
- А когда ты бриться начала?
- Давно. Артур велел. А Маринке не нравится - говорит: "Я язык об тебя исколола." Я её приучаю кишечник чистить. Скоро буду задницу ей разрабатывать. Ей это не нравится. Но я-то знаю, что она такой кайф получит, когда научится в зад принимать. А ты бы хотел её трахнуть на моих глазах?
- Ну... Я не знаю...
- Ладно, это потом, может быть. Уж больно с тобой хорошо... Вот это я называю "на балансе".
Мы убрали всё в кабинете, последний раз взглянули на чёрный диван, стеклянный столик и кресла, цветы в горшках, погасили везде свет и разговаривая о бухгалтерских счетах спустились вниз.
- Ну вот, теперь всё. Несколько отчётов пришлось переделать. Завтра сдавать. Пока, Анатолий Фёдорович, до завтра.
- До свиданья, Елена Михайловна.
Мы вышли в душную июльскую ночь. Машина ждала у подъезда, водитель стал заводиться.
- Ты пройди вперёд, возьми такси. - Она сунула мне пачку сотенных бумажек, сказала адрес.
Я подъехал к её дому, когда она уже отпустила машину и стояла у подъезда. Она страстно обняла меня и прижалась всем телом.
- Смотри, как я хочу тебя. Я готова отдаться прямо здесь.
- А кто у тебя дома?
- Никого. Муж на даче - он у меня не работает, нам и так хватает. А дочь в Испании. Ну, хочешь в подъезде?
- Пойдём лучше домой.
- Тоже мне. Нет в тебе студенческой романтики. Сплошная проза. Любить женщину надо где угодно, даже в людных местах...
Войдя в квартиру (шикарная квартира, евроремонт, четыре большие комнаты, мягкий интимный свет бра, богатый выбор напитков в баре, в спальне - огромная кровать с черным покрывалом), Елена сразу же сняла юбку и трусы и пошла писать, открыв дверь в туалет. (Я обнаружил, что в квартире две ванные.) Елена так и осталась, раздетая до пояса, снизу.
- Теперь ты расскажи что-нибудь. А то я тебе уже всё, что могла рассказала. Как у тебя было первый раз?
- Стыдно рассказывать. У меня были, и сейчас есть, три двоюродные сестры - одна на год старше, другая - ровесница, третья - на год младше. Сейчас все замужем, две - во второй раз... Они-то меня и растлили.
- Как?! Все три сразу? Какая прелесть!
- Да нет. Не сразу. Они, кажется, что-то вроде соревнования устроили, какая меня соблазнит: Люба, Вера, Таня. Это было в восьмом классе. Я к ним ездил в гости каждый выходной. Мы ходили гулять в парк и там целовались - по очереди. День с Любой, следующее воскресенье - с Верой, потом с Таней. И так далее. Сначала только целовались. Они развитее меня были. Все. Поэтому их забавляла моя неумелость. Я тогда ещё не совсем представлял, что с членом надо делать. Я думал, надо просто тереться друг об друга. Мы с другом так и делали - ещё когда в шестом классе были. Тогда я и кончил первый раз. (Пока я рассказывал, Елена устроилась на ковре у меня в ногах и играла с уже вставшим членом.)
- Ну а дальше? У вас с ним что-нибудь было?
- Нет. Мы испугались. Стали удовлетворяться порознь.
- А с сёстрами?
- Мы ходили в парк около их дома. Я потом узнал, что две других подглядывали. Сначала меня учили целоваться. Так прошло почти всё лето. Потом одна из них - сейчас уже не помню, кто, показала мне грудь. Дала поласкать и пососать соски. Так я впервые узнал, как девушка заводится.
- О... я уже завелась. Сейчас бы сюда твоих кузин. А потом, во взрослом состоянии, вы трахались?
- Ну, потом нет. Они замуж повыходили. ("Не далее, как в прошлое воскресенье. С Танечкой. Не плохо. Жалко, что быстро. Ей домой скорее надо было.") А тогда, в парке, одна из них и отдалась мне в первый раз - для меня в первый. Они уже все три были открыты для общения, если можно так сказать. Прямо в парке, на лавочке, верхом на мне, не снимая платья. Потом пошли дожди, пришла осень, и мы перестали встречаться на природе. А дома всегда кто-то был из взрослых... Да, вот так приятно. - это она взяла мой член в рот и начала работать с ним.
- Давай-ка я на тебя сверху сяду. Не боишься, что раздавлю?
- Попробуй.
Я лёг на ковёр. Елена перекинула через меня ногу, взяла руками член и ввела в себя, потом начала качаться на мне, лицом к моим ногам.
- Тебе хорошо?
- Да...
- А теперь мне в задницу.
Я вытащил член из её влагалища и сунул в открутую заднюю дырку. Снова стало очень приятно. Двигалась только Елена. Я лежал неподвижно, наслаждаясь, постепенно стал поддавать её вверх. Она покряхтывала. Мы трахались не спеша, с расстановкой, растягивая удовольствие. И зазвонил телефон. Елена слезла с меня и поползла к трубке, лежавшей на тумбочке у кровати.
- Вас слушают... Да, это я. Это ты, Марина?... Да, баланс сделали, завтра сдаем. Да, была ошибка в проводках... Не знаю, кто сделал. Виктор завтра скажет - у него записано, кто какие проводки ввёл... Да, отмечаем... Как чем, обыкновенно: водкой, до виски еще не добрались... До секса тоже не добрались, ну может, чуть-чуть... ("Ничего себе чуть-чуть!") Артур где-то трахается... Как почему я дома? А где же мне быть?... Нет, не одна... Конечно, с мужчиной... Как почему конечно? С женщинами я тебе не изменяю... Ну, почти... Хочешь приехать? Конечно, приезжай... Свою бутылку не надо - ты же знаешь - всё есть.
Она положила трубку, и мы продолжили. Я очень старался не кончить, чтобы оставить силы на оствшуюся часть вечера, или, скорее, ночи. Было пол первого.